Глава 6. Служение иноков отечеству и миру

Отношение иноков к отечеству

Православные монастыри в своей истории тесно связаны с судьбой своего Отечества. Монашество Церкви Христовой, в какой бы православной стране оно не находилось, было одной из причин национально-духовного бытия своего народа, его культурно-исторического роста. Оно принимало живое и широкое участие в образовании всех форм народной жизни: государственной, общественной и частной. [1] История признает за монастырями их гражданское значение. Они были камнями в здании государственной жизни. [2] Иноки поселялись в безлюдных местах, развивали земледелие, распространяли православие и нравственность среди грубых языческих поселений. Это были люди необыкновенной силы воли и стойкости в преодолении всех трудностей для достижения высших целей. [3] С середины XIV века в иноческой жизни на Руси наблюдалось удивительное явление. Его принято называть монастырской колонизацией. Иноки преследовали не корысть захвата новых необитаемых мест, как, например, мирские промышленники; их привлекала единственно тишина среды, в которой они всецело отдавали себя неусыпающей молитве и труду, и сознание своей деятельности, которая несет только благо для тех, кто живет в мире. На подвиге монастырской колонизации лежала печать веры и любви к Богу, ставших добрым семенем христианского жития в землях, которых коснулась рука иноков. В житии преп. Стефана Махрищского говорится, например, что он в целях иноческого совершенства вместе с учеником своим Григорием поселился во внутренней пустыни близ Сухоны, преодолевая трудности дикого края. Св. Дионисий Глушицкий избрал для своего поселения место «зело безмолвно (Глушица) округ же места того блата и дебре места непреходне». Место поселения преп. Арсения Комельского «блато бысть и водяно, пути людского не бысть мимоходящим людем». Агиографические памятники достаточно ярко говорят, какой самоотверженный труд черноризцев лежал на каждом шагу завоевания необитаемых мест в Отечестве. По отзыву проф. Никитского, новгородские монахи должны быть признаны за «деятельных колонизаторов и распространителей культуры на севере»; самое распространение христианства среди языческого финского населения обязано монастырям. По меткому выражению историка В. О. Ключеского, «монах-пустынник прошел на север смелым разведчиком». Сколько силы было проявлено русским монашеством в мирном завоевании этого края для христианской Церкви и русской народности! [4] Комельский лес, простирающийся по южной окраине Вологодской земли на сотни верст и служивший жилищем диких зверей, оказался местом многих иноческих обителей, а впоследствии и очагом культурной гражданской жизни. Проф. В. О. Ключевский говорит об исключительном значении монастырей в период с по XV век для древней Руси. Благодаря им произошла колонизация огромных земель на верхней Волге с созданием нового русского уклада жизни. Дикая, безлюдная пустынь Сергиева превращается одним пустынножителем в цветущую, вековую обитель, и теперь дает духовное бытие многолюдному обществу. О преп. Савватии Соловецком из жития известно, что он первым решился плыть на необитаемый тогда еще остров Соловецкий. Когда прибрежные жители сказали ему: «Чем же ты будешь питаться и во что одеваться там, старец, когда ты так беден и дряхл?», подвижник отвечал: «У меня такой Владыка, Который в дряхлости дает силы свежей юности и голодных питает до сытости». Напрасно укрывались смиренные отшельники от народа в глубину дремучих лесов и непроходимых болот. Люди везде находили их, тотчас селились близ отшельников, насаждая культуру жизни в новых землях. Жительство близ иноческих обителей способствовало строительству церквей, монастырских зданий, возникновению поселков, сначала небольших, впоследствии разраставшихся в большие селения, посады и города. Так возникли, например, город Устюг возле Гледенского монастыря, Ветлуга около Варнавинского, Кашин возле Калязинского, Сергиев Посад около Троице-Сергиевой Лавры. [5] Преп. Герасима Вологодского (+1178) можно считать основателем Вологды, возникшей на месте подвигов этого святого в 1147 году. Процесс монастырской колонизации наблюдался и в других странах. Так, инок Никодим из Тисмановского монастыря в Валахии был деятельным устроителем монашеской жизни в румынских землях XIV века, куда он пришел с Афона. Как в Греции, так и на Руси черное духовенство далеко небезучастно относилось к протекающим перед ним событиям жизни своего Отечества. Особенно же это нужно сказать о высших его представителях епископах, митрополитах, патриархах, [6] принимавших широкое участие в самом строении государства и общественной жизни народа. [7] Самыми выдающимися среди 59 депутатов национального греческого конгресса в Аргосе, состоявшегося в 1822 году, были духовные лица: Патросский митрополит Герман, епископ Неофит Метакса и архимандрит Анфим Гази. Усилия Церкви и ее священноиноков укрепить нравственные начала в народе, развить национальное самосознание и патриотические чувства людей не были оторваны и от прямых, кровных интересов общественной и государственной жизни. В делах Церквей и их истинных служителей отражались великие общественные силы. Монастыри и церкви становились средоточием жизни, притягательной силой, источником патриотизма и духовной основой народа и его правителей. Св. князь Владимир устроял новое русское христианское государство, прислушиваясь к советам епископов. Он приглашал их к себе и решал с ними важные вопросы государственного характера. Как выразителям христианской нравственности и правды, святителям предоставлялась судебная власть в стране. Так, по уставу св. князя Владимира, пределы архиерейской власти были весьма велики. Подлежащих исключительно суду архиерейскому видим не только среди духовного сословия, но и из числа людей мирских. К святителю мог обратиться «слепец, хромец, вдова, калека, паломник». Он разбирал дела семейные. [8] Русские летописи твердо говорят, что русские архиереи были собирателями Москвы. Особенно следует выделить Московского святителя Петра (+1326), который в истории назван камнем Русского государства и Церкви. Он первый и словом, и делом начинал содействовать возвышению Москвы как будущей столицы Руси, [9] политически и географически выгодного града для русского народа. «Служение Московских святителей Петра, Алексия, Ионы приобретает не только государственный, но и национальный характер». [10] Особо следует выделить заслугу перед Отечеством русским святителя Алексия Московского. Он был великим гражданином нашей земли, много потрудившимся над «собиранием Руси в единое государство». [11] Когда Москве грозила опасность потерять свое политическое значение, «тогда в этих трудных условиях пришел на выручку Московский митрополит Алексий, крупнейший политический деятель своего времени». [12] Святитель Алексий был опекуном малолетнего Димитрия, будущего великого русского полководца и державостроителя. Почти десятилетний период в курсах гражданской истории СССР 50-х годов носит название «Правительство митрополита Алексия». К. В. Базилевич, давая оценку этому периоду, замечает, что энергичная деятельность правительства митрополита Алексия в короткое время привела к блестящим результатам. Митрополита Алексия называют «выдающимся дипломатом» и отмечают, что он «широко пользовался своими прерогативами как митрополит в борьбе Москвы против сепаратистских стремлений других князей», а также сумел, благодаря своему такту, приобрести значительное влияние в Золотой Орде. [13] «Путешествия св. Алексия в Орду, – говорит А. В. Горский, – поставили его высоко в мнении современников и прославили в родах грядущих как чудотворца и отечестволюбца». Усердная патриотическая деятельность митрополита Московского Алексия в пользу объединения северо-восточной Руси придает ему весьма высокое значение в русской истории. В пользу государственной целостности Руси патриотически трудился на московской кафедре митрополит Даниил (XVI в.). И внешние дела русского государства не проходили без внимания митрополитов Московских. С благословения святителей русские государи вступали в битву с иноземными поработителями, которые врывались в русские земли. Большое участие в общественных делах своей паствы принимал архиерей вольного города Новгорода. Новгородский владыка проводил большую общественную линию по нормализации государственной жизни своей области. Больше того, он был государем своего народа, избирался всем клиром и людьми. Такое избрание и положение Новгородский архиерей оправдывал, оказывая своей пастве незаменимые услуги. Во время стихийных бедствий или военных действий он возбуждал дух горожан и поддерживал их нравственную энергию. Церковь в лице своего духовенства и честных иноков помогла народу выстроить свою самобытность, пробудив в нем своим религиозно-нравственным влиянием угасшие силы любви к Отечеству и вере. [14] Старец Филофей Псковский известен как первый древнерусский публицист с высоким взглядом на историческое назначение русского государства. Монах Филофей картинно изобразил преемственность царств православных в виде трех Римов. Третий Рим в глазах Филофея это Москва, опора которой состоит в соблюдении ей православной веры. [15] Идея «третьего Рима», относящаяся к Русскому государству, имела в XVI-XVIII веках стимулирующую силу для Балканских стран, которые смотрели на Москву как на освободительницу от турецких завоевателей. Интересами Родины и ее будущего руководствовался патриарх Иоаким, при царе Феодоре Иоанновиче решительно выступивший против намерения боярской думы разделить русское царство на наследственные наместничества. Добившись отмены этого плана, он внес ценнейший вклад в дело единения Руси. Интересно сообщение летописей о Казанском походе 1552 года, когда Троицкие монахи вручили великому князю «аки некое непобедимое оружие пламенное и некрадомое сокровище крест злат запечатленный, и в нем многочудесные мощи, и образ «Видение Сергиево», златом и бисером украшен». Икона «Явление Богоматери Сергию» сопровождала русскую армию и в польском походе 1654 года. [16] В XVII веке, когда Украина входила в состав Московского государства, воссоединяясь с единоверным и единокровным русским народом, большую миссию в этом акте несли и духовные лица - иерархи и иноки монастырей. Следует отметить, что горячее участие в судьбе православия на Украине и в Белоруссии, находившихся под гнетом католической Польши, проявили восточные иерархи: Иерусалимские патриархи Феофан и Паисий, митрополит Коринфский Иоасаф. Греческие иерархи поддерживали национальную борьбу украинского народа и немало способствовали его победе над польской шляхтой. Киевские митрополиты Иов Борецкий, Сильвестр Косов (XVII в.) вели активную борьбу с католическим натиском на украинское православие, вдохновляли Богдана Хмельницкого на сражения с Польшей и способствовали воссоединению Украины с Россией. Исключительным героизмом в эпоху национальной борьбы Украины в XVII веке отличался Киево-Печерский монастырь. После блестящих успехов гетмана Богдана Хмельницкого игумен Печерского монастыря Григорий торжественно чествовал освободителей в стенах своей обители. Когда Петр I начал создавать первый отечественный флот в Воронеже и готовиться к Азовскому походу, св. епископ Митрофан Воронежский, известный подвижник Церкви, принял активное участие в этом большом мероприятии на благо Родины. Он вложил в это дело все свои деньги в сумме шесть тысяч рублей. Иногда православные иноки были посредниками, исполняя миссию послов в государственных делах. Так, в 1688 году Сербский патриарх Арсений III через афонского архимандрита Исаию св. Павловского монастыря обращался к русским государям Иоанну и Петру Алексеевичам за помощью и поддержкой. Совсем недавно, в 1975 году, Сербская Православная Церковь отметила 800-летие со дня рождения святого Саввы Сербского, духовного отца монашества, почитаемого в Югославии как великого ее духовного покровителя. В юбилейном послании Святейшего Патриарха Германа отмечалось, что лучшими своими качествами сербский православный народ обязан святому Савве, насадившему в нем дух благочестия. С ним связано национальное бытие сербского государства, особенно в годы турецкого гнета. [17] Митрополит Сербский Михаил (+1898) имел великие заслуги перед сербским обществом Красного Креста. Будучи председателем общества в первые годы его деятельности, Владыка не щадил усилий для помощи раненым и больным. Он оказывал материальную помощь сербским повстанцам на территории Австро-Венгрии, а также беженцам. Митрополит Михаил был награжден Крестом общества, русским орденом Красного Креста (1881 г.), Крестом со звездой и лентой. [18] В наше время при монастыре св. Саввы в Австралии по благословению епископа Австралийского Николая создано объединение сербской молодежи имени Бранко Радичевича, сербского поэта «стражиловского соловья». Задачей союза является «сохранение национального языка и обычаев среди сербской диаспоры». [19] Таким образом, монастыри не теряют своего значения и в настоящее время, служа национальным интересам своего Отечества. Монашеские обители составляют его историю. Издревле сложился священный обычай соединять с монастырями знаменательные события в истории страны или память великих и славных людей Отечества, чья деятельность оказала благотворное влияние на национальные успехи народа. Донской монастырь в Москве был основан в 1593 году в память чудесного избавления столицы от нашествия Крымского хана Казы-Гирея в 1591 году. Русский полководец и государственный деятель, св. князь Александр Невский был похоронен во Владимире, в монастырском храме Рождества Богородицы, а в Святогорском монастыре Пскова захоронен великий русский поэт А. С. Пушкин.

[1] Журнал «Вера и разум». 1914. Свящ. Михаил Слуцкий.

[2] Кузнецов. Цит. соч., стр. 23.

[3] Кудрявцев. Цит. соч., стр. 216.

[4] Кузнецов. Цит. соч., стр. 20.

[5] Речь митр. Владимира на монашеском съезде в Троице-Сергиевой Лавре. Прибавление к Церков. ведом. 1904, стр. 1461.

[6] Владимирский, Буданов. Обзор истории русского права. Изд. 4, стр. 47.

[7] Журнал «Вера и Церковь». 1905. К. Шебатинский. Участие Церкви в собирании Руси в XIV-XVII веках, стр. 540.

[8] Труды Киевской духовной академии. 1870, февраль. Ф. Терновский. Участие древнерусских архиереев в делах общественных, стр. 87.

[9] Журнал «Вера и Церковь». 1905. Т. 2. К. Шебатинский. Участие Церкви в собирании Руси в XIV-XVII веках, стр. 540.

[10] Г. П. Федотов. Цит. соч., стр. 107.

[11] «Голос православия». Иеромонах Сергий (Петров). Святитель Алексий - церковногосударственный деятель. 1952, № 2, стр. 27.

[12]Б. Н. Греков и А. Ю. Якубовский. Золотая Орда и ее падение. Изд. АН СССР, 1950, стр. 239.

[13] «История дипломатии». Т. 1. Под ред. В. П. Потемника. М., 1941, стр. 133.

[14] Подгурский. См. журнал «Труды Киевской духовной академии». Цит. соч., стр. 277.

[15] Серебрянский. Цит. соч., стр. 488.

[16] ПСРЛ. Т. 6. СПб., 1853, стр. 312.

[17] См. «ЖМП», 1975, № 7, стр. 53.

[18] «Сербский архимандрит Михаил». Полное собрание сочинений, т. 5. М., 1915, стр. 367.

[19] См. «ЖМП», 1974, № 6, стр. 50.{pagebreak}

Патриотизм монастырей и иноков

В тяжелые годы испытаний для народов православных стран монастыри несли миссию по сохранению духа веры и национальной культуры своего народа. IX-XIII века были трудным временем для православного Востока. Монашество в патриархатах Антиохийском, Иерусалимском и Александрийском страдало под игом магометан и было сильно подавлено. Мусульманские законы запрещали строить новые монастыри, облагали монахов двойной податью. Нередко завоеватели грабили монастыри, разрушали их, убивая или пленяя монахов. Не избежал такой горькой участи и монашеский Афон. Бедствия и стеснения отразились и на иноческой жизни святой Горы. Несмотря на определенные льготы со стороны турецких поработителей, монашеский град не смирился с господством чужеземцев. Из истории Афона известно, что греческие монастыри на Афоне поддержали антитурецкое восстание своих единомышленников в Греции в 1821 г. Со знаменами своих монастырей иноки безбоязненно выступили против своих угнетателей на Балканах. [1] Примечательно, что в стенах Кельтченского монастыря восставшие греки образовали свое первое правительство. [2] Как ни тяжелы были внешние бедствия для монастырей, ничто не могло воспрепятствовать им совершать духовную миссию в своем Отечестве. При завоевании неприятелем православного государства, подвизавшиеся там монахи старались, по возможности, облегчить участь пострадавших и разоренных. Преп. Модест в 614 году восстановил Иерусалим и церкви, разрушенные при нашествии персидского царя Хозроя, за что прозвали его «новым Зоровавелем». [3] Достойным уважения был поступок греческих монахов из монастыря, расположенного на острове близ Созополя. Они укрыли в своем монастыре от турок русских казаков, разъезжавших по морю на 150 лодках. Турецкое правительство, узнав о поступке иноков, велело разрушить монастырь. Небывалым патриотизмом отличались монастыри на Руси. Когда внешнеполитические обстоятельства расстраивали общественный организм государства до такой степени, что, казалось, не было никакой возможности выдерживать ему страшную борьбу с внешними силами, тогда на поприще общественного служения вступала Церковь в лице своих достойнейших представителей. На поприще внешнеполитической деятельности она явила в истории огромную нравственную силу, обнаружившую спасительное влияние на общественный организм России. Когда решалось дело борьбы с иноплеменниками, нападавшими на русскую землю, иноки не знали предела в ревностном исполнении своего патриотического долга. Они созывали князей на брань с погаными, половцами, опустошавшими русскую землю. «В почти непрерывной многолетней борьбе этого, только что начавшего слагаться, Русского государства с его многочисленными внешними врагами монастыри шли впереди всех и были надежными, незыблемыми оплотами его целости и мощи. В этом величайшая заслуга монастырей перед Родиной. [4] Из монастырей на поле брани брали святыни, почитаемые иконы, чтобы утвердить воинов в сражении с неприятелем. Из Вологодского Спасо-Прилуцкого монастыря московский государь Иван III взял в свой первый поход на Казань чудотворный образ преп. Димитрия «с деяниями», писанный, по преданию, преп. Дионисием Глушицким. [5] Много мужества и самопожертвования требовалось от епископов Церкви и иноков монастырей в годы тяжких испытаний. Небезопасно было оставаться им в осажденных городах и благословлять народ на битву. Так, в 1299 году, при нападении лифляндцев на Спасо-Мирожский монастырь Псковской области были убиты преподобный Авраамий и игумен этого монастыря Василий. Патриотизм иноческих обителей порой доходил до самопожертвования. Печенгская обитель преп. Трифона в 1590 году, в самый праздник Рождества Христова, была жестоко разорена шведами; вся братия, в количестве 116 человек, была перебита. Такая же участь постигла Пешношский монастырь в годы польской интервенции. От меча врагов мученически пострадали насельники этой обители. В 1678 г. при нападении на Канев на Днепре татары замучили игумена тамошнего Успенского монастыря блаженного Макария Токаревского. Самым ярким примером патриотического служения Отечеству в тяжелую эпоху татаро-монгольскохо порабощения Руси был игумен Троицкого монастыря преподобный Сергий, возбудивший духовно-нравственные силы русского народа, приниженного вековым порабощением и унынием. [6] Его подвиг перед Отечеством занесен на страницы государственной истории. Святой подвижник вдохновил московского князя Димитрия Донского на битву с татарами, благословив крестом его ратные намерения. В знаменитой Куликовской битве (1380) героической доблестью отличились два инока Радонежского монастыря Пресвятой Троицы Александр Пересвет и Андрей Ослябя. Черное духовенство повсюду, где только могло, служило Отечеству; монастыри из убежищ духовного спасения превращались в крепкие твердыни, иноки из смиренных подвижников становились мужественными воинами. Симонов и Андроников монастыри в Москве, Кириллобелоезереский, Муромский, Свияжский, Богородицкий все они были щитом и мощным оплотом в защите Русской земли от врагов. Троице-Сергиев монастырь в годы польской интервенции показал себя с истинно патриотической стороны. Настоятель его, архимандрит Иоасаф, пламенно воодушевлял братию и народ стоять на защите монастыря, когда поляки осадили его. Сам он принимал деятельное участие в защите монастыря, и по его примеру иноки наряду с воинами выдержали осаду с беспримерным мужеством. Преп. Дионисий, архимандрит Сергиева монастыря, был не только великим в своем смирении иноком-подвижником, но и преданнейшим сыном Русской земли, одним из тех крепких борцов за ее целостность и благоденствие, каких Господь посылал ей в годину тяжких испытаний в лице смиренных служителей святой Церкви Православной. В годы польской интервенции, когда русский народ был изнеможден голодом, холодом, болезнями, архимандрит Дионисий, будучи настоятелем Троицкого монастыря, открыл врата обители для оказания всевозможной помощи страждущим людям. Рядом с монастырем игумен построил больницы, странноприимные дома, куда собирали обездоленных войной людей там их лечили, кормили и одевали. От архимандрита Дионисия и келаря его Авраамия Палицына разошлись по русской земле знаменитые воззвания, воодушевившие русский народ на защиту своей земли от польских и литовских интервентов. В этих воззваниях они убеждали «постоять за благочестие и Отечество крепко и мужественно». [7] Благодаря Троицким грамотам знаменитый Косма Минин собрал в Нижнем Новгороде ополчение и двинул его на защиту осажденной Москвы. На этот великий подвиг народного героя вдохновил преп. Сергий Радонежский. Он явился благочестивому Косме и повелел собирать казну для военных людей, чтобы идти и очистить государство Московское от врагов. Преп. Дионисий, по примеру своего учителя, преп. Сергия Радонежского, сам благословил на горе Волкуше воинство Минина на эту великую брань. В самую тяжкую минуту для русского воинства, когда наступил разлад между военачальниками, и казаки хотели оставить свои позиции, Троицкий архимандрит Дионисий и келарь Авраамий посылают от Лавры последние сокровища - ризы, стихари, чаши, укрепляя материальную базу русского ополчения. Пожертвования Авраамия Палицына в пользу государства составили 65000 рублей. Во время осады столицы поляками он доставлял из Троицкого монастыря порох и свинец. Слово «Палицын» стало синонимом патриотического служения нашего православного русского духовенства своему Отечеству. [8] Умилительное зрелище представляла беседа патриарха Иерусалимского Феофана со старцами-защитниками Лавры, подвизавшимися во время осады ее. Когда патриарх пожелал видеть тех иноков святой обители, которые во время беды ратной дерзнули возложить на себя броню и с оружием в руках ратовать против врагов, преп. Дионисий выразил свое недоумение по этому поводу. Тогда добровольно вызвались сами подвижники: «Яви нас, отче, владыце нашему, буди все по воле его». И представлены были более двадцати иноков, «в них же первый именем был Афанасий Ощерин, зело стар сый и весь уже пожелтел в сединах». Патриарх спросил его: «Ты ли ходил на войну и начальствовал пред вои мученическими?». Афанасий ответствовал: «Ей, владыко святый, понужден был слезами кровными». Патриарх спросил еще: «Что ти свойственнее, иночество ли в молитвах особо, или подвиг пред всеми людьми?». Афанасий, поклонясь, ответствовал: «Всякая вещь и дело, владыко святый, во свое время познавается. Что творю и сотворих —все сие было по послушанию». И обнажив седую голову свою, добавил, поклонившись патриарху: «Известно ти буди, владыко мой, се подпись латынян на главе моей от оружия; еще в лядвиях моих шесть памятей свинцовых обретаются; а в келии сидя, в молитвах, как можно найти было из воли таких будильников к воздыханию и стенанию. А все се бысть не нашим изволением, но пославшим нас на службу Божию». [9] Святитель Кирилл II, Московские митрополиты Алексий и Иона показали исключительный патриотизм в тяжелые годы монгольского ига. Иноки епископы с большой смелостью выступали перед врагами Отечества и нередко располагали и покоряли их не мечом, а своим духовным обликом, мудрым словом. Заслуга их состояла в том, что они поддерживали веру и пробуждали надежду в народе на избавление от позорного ига. История излечения Тайдулы, жены хана Чанибека, митрополитом Алексием удивительно говорит, какую важную миссию совершил этот Святитель Церкви Христовой для своего Отечества, получив ценный ярлык на беспошлинную жизнь для русских людей. Там, где великие князья лишались мужества и отступали от борьбы со внешними врагами Отечества, на помощь приходили иноки-подвижники и воодушевляли людей на непримиримую борьбу с врагом. Ростовский епископ Вассиан не убоялся назвать князя Иоанна III «бегуном» за то, что тот оробел перед Ахматовой ратью и не вступил в бой с татарами, но бежал от них по наущению своих приближенных. «Хотя аз стар, – говорил Святитель, – но не пощажу, ниже отвращу лице мое против татар». Эти исторические слова «Послания на Угру» имели своим следствием полное освобождение России от столь позорного для нее ига. «В духовенстве тогда, – замечает историк Карамзин, – особенно сияла доблесть». Патриарх Иов в смутное для России время проявил большое мужество, чтобы водворить спокойствие в стране. Вместе с Нижегородским митрополитом он рассылал грамоты, обличавшие самозванца и замыслы Польши. За ревность в деле сохранения Отечества первосвятитель Иов тяжко пострадал от бояр, приверженных самозванцу. Его лишили патриарших прав и сослали в монастырь. В смутную эпоху, переживаемую Россией в период конца XVI - начала XVII веков, история особо отмечает святителя Гермогена, патриарха Московского, в прошлом инока Спасо-Преображенского монастыря Казани. Ознакомление с подвигами патриарха Гермогена важно прежде всего в научно-историческом отношении, так он был главным деятелем эпохи смутного времени, достойнейшим руководителем русского общества в религиозно-нравственном направлении. Вся жизнь великого Святителя и пламенного патриота была посвящена благу Российской Церкви и государства. Если русское государство и не погибло в страшное время лихолетья, то этим оно обязано самоотверженному труду, непоколебимой преданности Церкви и государству этого Святителя, жизнь свою положившего на благо Родины. [10] Особая страница истории отведена патриотической деятельности патриарха Гермогена, не знавшего страха ни перед чем и ни перед кем в проявлении своих архипастырских обязанностей. Трогательны его послания к российскому народу, проникнутые заботой об Отечестве, переживающем бедственную годину, выпавшую на долю его. Патриарх Гермоген мученически пострадал от врагов Отечества. Перед самой своей смертью первосвятитель благословил нижегородское ополчение. Как патриоты оставили о себе память Львовский владыка Арсений (Желиборский) и Луцкий епископ Афанасий (Лузына). Борясь с польской шляхтой, оба иерарха посылали казакам порох, пули, свинец и даже снабжали пушками известного соратника Б. Хмельницкого Максима Кривоноса. Настоятели Соловецкого монастыря блаженный Антоний (1605 - 1613), преп. Иринарх (1613 - 1626) ревностно оберегали русские северные владения от шведов. Обитель мужественно оборонялась и показала свое патриотическое лицо, когда во время крымской кампании 1854 года ее бомбардировали английские военные суда. Русские монастыри оказывали услуги Отечеству и своими щедрыми материальными пожертвованиями. Так, Спасо-прилуцкий монастырь пожертвовал на нужды Отечества всю свою казну. Большую услугу бедствующей стране оказали святители Церкви и иноки монастырей в годы первой Отечественной войны (1812 г.). Победа под Бородино во многом связана с ростом религиозного влияния монастырей и иноков Церкви на народные массы. Самая большая доля из средств, затраченных Россией на ратную кампанию 1812 года, внесена монастырями. Троице-Сергиева Лавра в годину французского нашествия пожертвовала на военные нужды государства 70000 рублей ассигнациями, 2500 рублей серебром и более 5 пудов серебра в слитках и посудой. В годы Второй мировой войны патриотизм людей достиг небывалых высот, что обусловило победу над фашизмом. Среди великих ратоборцев этого тяжелого времени немало имен с иноческим званием. Подлинно драгоценной для Русской Церкви явилась деятельность Святейшего патриарха Сергия (+1942 г.). С присущей ему одухотворенностью и глубиной мысли он умело повел церковный корабль вперед по пути служения народу и Родине. [11] Благодаря руководству глубоко умудренного Патриарха, Православная Церковь до конца выполнила свой патриотический долг во время великой Отечественной войны 1941 - 1945 годов. Нельзя забыть пламенного призыва патриарха Сергия к народу в тяжелые дни войны: «Наши предки не падали духом и в худшем положении, потому что помнили не о личных опасностях и выгодах, а о священном своем долге перед Родиной и верой, и выходили победителями. Не посрамим же их славного имени и мы, православные, родные им по плоти и вере». В 1944 году русские войска получили боевое пополнение. От имени Русской Церкви митрополит Крутицкий Николай передал командованию фронта танковую дивизию имени Димитрия Донского, которая победно дошла до западных стран. [12] Преемник патриарха Сергия по кафедре, Святейший патриарх Алексий (1877 - 1970) также показал на своем высоком посту церковного служения исключительный патриотизм. Его послания, обращенные к верующим страны, были исполнены горячего духа любви к Отечеству. Они убедительно призывали людей к борьбе с врагом Родины до последней капли крови. Пожертвования церковных людей во имя победы над врагом были поистине щедрыми. Собранные ими суммы не поддаются исчислению. Но удивляет не столько количественная сторона пожертвований верующих людей, сколько их патриотический пыл, искренность в исполнении долга перед Родиной. Автор настоящих строк имел возможность убедиться в этом на одном очевидном случае, происшедшем в келье старого монаха, жившего по соседству со мной. Однажды этот добрый старец, как духовник, любезно отозвался на просьбу совершить исповедь надо мной. Старческие руки держали требник, по которому он вел чинопоследование исповеди. Неожиданно из толстой церковной книги выпал пожелтевший от времени листок, который я поспешил поднять и вернуть старцу. Окончив исповедь, мой духовник вновь вынул выпавший из книги и поднятый мною листок и дал мне его прочитать. Это была телеграмма, адресованная лично священноиноку еще в годы Великой Отечественной войны. Текст был краткий, в несколько слов. За подписью Сталина в телеграмме выражалась благодарность этому духовному лицу за пожертвования на оборону страны в одним миллион рублей. Старец пояснил, с каким трудом собирали эту сумму прихожане, которых он духовно окормлял в те годы своего пастырского служения. От вражеской руки понесли тяжелые утраты многие памятники древнерусской культуры. Фашисты взорвали Успенский собор Киево-Печерской Лавры, уничтожили лучшие церкви Новгорода, Пскова и многих других городов, вывезли ценные сокровища церковной утвари, в частности, ризницу Псково-Печерского монастыря. Примеры героизма, проявленного в последней войне, удивительны. Имена монашествующих также вписаны в вечные списки героев. Так, в годы Второй мировой войны мученически погиб в газовой камере грузинский архимандрит Григорий Перадзе. На смерть отец Григорий пошел добровольно, вместо одного многосемейного узника. Последний остался жив, и потом, придя к митрополиту Варшавскому Дорофею, рассказал о мученической кончине отца Григория Перадзе и передал митроплиту его наперсный крест. В странах православного Востока среди иноческого сословия можно найти бесчисленные примеры высокого патриотизма, ставшие памятными, светлыми и славными страницами в истории этих стран. Иеромонах Иоаким (Курлага-Рашкович) в Сербской земле считается героем первого сербского восстания против турок. В 1690 году Сербский патриарх Арсений (Черноевич) возглавил национальную борьбу с турецким вторжением. Встав во главе 39000 человек, он переселился в австро-венгерские земли и был духовным и политическим вождем своего родного сербского народа. [13] В годы Второй мировой войны духовенство и иночество Сербской Церкви отличилось особой активностью в борьбе с фашизмом. Патриарх Церкви Гавриил со своей паствой мужественно выстрадал бедствие страны. В фашистских застенках он испытал все ужасы оккупационного режима. Рыльский монастырь и другие обители Болгарии в конце XVIII века принимали активное участие в национально-освободительном движении своего народа. [14] А имя св. Иоанна Рыльского, инока-подвижника X века, стало символом национального существования и единства болгарского народа. Как ни опустошался Рыльский монастырь во время набегов турок, как ни разоряли его на протяжении многих десятилетий, трудами иноков он вновь оживал; они восстанавливали из пепла здания монастыря и всю монашескую жизнь, глубоко веря в святость этого места, спасающего Болгарию от национальной гибели. В XIV веке славой мученика увенчал себя патриарх Болгарский Евфимий, пострадавший от турецких зверств за национальное дело своего народа. С именем преподобного Паисия Хилендарского в истории болгарского народа второй половины XVIII века связано национальное возрождение и начало освобождения от пятивекового рабства. Среди последователей преп. Паисия можно назвать св. Софрония Врачанского (1739 - 1813), иеросхимонаха Спиридона из Габрово (XVIII век), иеромонаха Иоакима Кырчовского (+1820), иеромонаха Кирилла Пейчиновича (+1845). Во вспыхнувшем в 1598 году первом Тырновском народном восстании приняли деятельное участие Тырновский митрополит Дионисий и епископы Феофан Ловчанский, Иеремия Русонский, Спиридон Шуменский, Мефодий Романский. Во второй половине XVI века одним из деятелей борьбы за освобождение болгарского народа был Охридский архиепископ Афанасий. В 1737 г. в городе Самокове за патриотическую деятельность был умерщвлен через повешение митрополит Симеон. В апреле 1876 года Петрушицкий монастырь св. Тодора «служил опорным пунктом национального восстания» против турок. [15] По случаю столетия Апрельского восстания болгарского народа против турецкого владычества (1876 - 1976) 12 мая 1976 года в Софии, в актовом зале Духовной академии, состоялась научная сессия, на которой докладчики отметили, в частности, заслугу монастырей в деле сопротивления угнетателям. Многие монахи, монахини, священники и монастырские послушники отдали жизни в ходе этого восстания. Махерский монастырь на Кипре, основанный в начале XIII века, сыграл выдающуюся роль в борьбе за независимость этого островного государства. В его стенах в одежде монаха жил один из руководителей национально-освободительного движения народный герой Авксентиу, сожженный английскими колонизаторами. В монастыре имеется музей памяти Авксентиу. Не только военное время побуждало иноков к патриотизму, но и неожиданные бедствия в стране, например, неурожайные годы, наводнения, смертоносные эпидемии. Все трагические явления вызывали их к подвигу, к бескорыстной жертве во имя любви к страждущим. О преподобном Германе (XVII в.), подвизавшемся на далеких островах Аляски, лучшим образом говорит его духовный героизм любви, которую он проявлял к островитянам, оказавшимся в плену эпидемии страшной язвы, поражавшей смертью всех через одного. Смиренный Герман, не щадя себя, неутомимо посещал больных, призывая к покаянию. [16]

[1] Касторский. Цит. соч., стр. 125.

[2] Еп. Арсений. Цит. соч., стр. 776.

[3] Жития святых. Декабрь, 18 число.

[4] «Преп. Корнилий Печерский». М., 1909, стр. 13. Цит. «ЖМП».

[5] Л. И. Денисов. Цит. соч., стр. 121.

[6] В. О. Ключевский. Благодатный воспитатель русского народного духа, стр. 10.

[7] Историческое описание Троицкой Лавры. Глава 6, стр. 93 - 114.

[8] С. Чернышев. Православно-русское духовенство в эпоху Отечественной войны. Журнал «Труды Киевской духовной академии», 1913, т. 1, стр. 62.

[9] «Троицкий Патерик», стр. 278.

[10] Журнал «Вера и разум»., 1912, № 4. Прот. Петр Скубачевский. Гермоген, патриарх Московский и всея Руси, стр. 448.

[11] Архиеп. Дмитровский Владимир. Актовая речь в МДА (о патриархе Сергии). «ЖМП», 1973, № 11, стр. 66.

[12] «Русская Православная Церковь и Великая Отечественная война». Сборник церковных документов. М.. 1943, стр. 30. «ЖМП», 1944, № 4, стр. 12.

[13] А. П. Лопухин. История Христианской Церкви, стр. 389.

[14] Прот. Д. Попов. Церковь и народ. Цит. «ЖМП», 1961, № 4, стр. 70.

[15] Цит. «ЖМП», 1961, № 1, стр. 69.

[16] «Странник», 1868.{pagebreak}

Миротворческое служение

Церковное служение иноков миру лучшим образом выразилось в насаждении ими мира и христианской любви среди своих сограждан. Как искатели и ценители «вышнего, горнего мира», они не могли быть безучастны к тем, кого одолевала вражда и ненависть друг к другу. С чувством любви и милосердия к немощам человека черноризцы брали на себя подвиг молитвы о мире между людьми, преодолевая силой Божией разделявшее их зло. Первое желанное слово, слетавшее с уст иноков во время общения с мирскими людьми, было словом о мире, тишине, любви и смирении Христовом друг перед другом как о нравственном условии высокой духовно-радостной жизни. Это были действительно миротворцы, вносящие евангельский смысл в жизнь и деятельность мира. Творить по-евангельски мир в мире было вожделенным и высшим деланием истинных христиан Церкви. И если сегодня слово мир звучит священным образом, если оно получило самую высшую моральную оценку и понятие в современном обществе, то этому, несомненно, способствовала и способствует живая сила евангельского откровения о мире, принесенном на землю Господом Иисусом Христом и нашедшая свое благодатное воплощение в жизнедеятельности последователей Христовых служителей Церкви и ее верных чад. Глубоко понимая необходимость миротворчества как святой заповеди христианства и основного символа Евангелия Христова, иноки нравственно переживали «о мире всего мира». На них, как на борцах за вышний мир, прерывалась цепь мирского зла и вражды. Иноки становились победителями зла и обладателями дара Божиего мира, который служил залогом внешней тишины и благополучия людей. [1] Христианство на Руси возгласило проповедь о мире самой важной темой пастырского служения людям. Митрополиты, епископы, игумены и иноки монастырей весь домонгольский период несли особую миссию в русском обществе. Они ставили своей священной обязанностью прекращать и предотвращать междоусобицы князей. Без них, без присутствия духовных лиц, не заключался никакой договор (Никоновская летопись под 1906 г. в Собр. лет. IX, 125). В истории есть подвиги миротворчества, которые не могут умереть в силу своей духовной высоты и близости к евангельскому идеалу. Игумен Киево-Печерского монастыря преп. Феодосий творил мир за стенами своей обители среди князей, среди разных сословий Киева. Трудно измерить подвиг миролюбия епископов Русской Церкви, который они вершили ради тишины на своей земле между враждующими сторонами. Любовь архиереев к миротворчеству, а может быть, умение миротворить было причиной того, что князья отправляли иногда епископов в качестве послов для участия в мирных переговорах. В 1206 году Смоленский епископ Михаил ездил к Всеволоду Суздальскому ходатайствовать о прощении своего князя. Особенно духовенство монастырей осознало высоту своей миссии во время татаро-монгольского нашествия, самоотверженного отдавшись служению интересам своей угнетенной страны. Голос духовенства считался критерием истины, свидетельством самой премирной правды. Преп. Сергий Радонежский получил в глазах великорусского народа значение покровителя, заступника и охранителя русского государства и Церкви. Мы видим этого святого игумена то в положении грозного посла от митрополита и великого князя в Нижний Новгород, то в положении тихого примирителя Дмитрия Ивановича с суровым Олегом Рязанским, то, наконец, в качестве твердого увещателя к битве с полками Мамая. [2] В каждой исторической эпохе, исполненной трудными обстоятельствами жизни страны, мы найдем следы доброй христианской деятельности иноков на почве миротворчества. Время смуты в России, выпавшее на XVI - XVII века, вызвало духовных ратоборцев на поле общественного служения своему Отечеству. Российский патриарх с епископами и игуменами монастырей предприняли самые смелые шаги в общественной жизни своей страны, чтобы водворить мир среди высшего правящего сословия и отстоять национальные интересы своего народа. Всякое нестроение в нравах мира, нарушение справедливости и непомерная жестокость людей побуждали монахов к деятельности, которая в истории Церкви получила название «христианское печалование». В основе своей печалование подвижников заключает вполне христианские переживания: стремление к милосердию и правосудию, которые служат основой для подлинного мира между людьми. Святой Василий Великий, Григорий Богослов, Флавиан Антиохийский в свое время были великими печальниками за угнетенных. Благодаря им много жизней, обреченных на смерть, было спасено. По свидетельству св. Иоанна Златоуста император Феодосий Великий смягчил свой суровый приговор над городом Антиохией, снисходя лишь к просьбе святителя Флавиана Антиохийского. Св. Григорий Богослов также умолял правителя Диокесария простить свой город за происшедшие в нем беспорядки. Печалование иноков-пастырей за опальных было делом личной пастырской благотворительности, а в высшем своем обнаружении подвигом пастырской самоотверженной любви. [3] Древнерусское иночество весьма отличалось печалованием за обездоленных и обиженных людей. Иноки дерзали ходатайствовать перед высшими властями не только об отдельных, невинно страдавших людях, но и об освобождении целых городов от тяжелых податей. Жития святых иноков рассказывают об их многообразном заступничестве в отношении обездоленных людей перед судом высшей власти. Под 1101 годом стоит в летописи рассказ о походе князя Святополка на своего племянника Ярослава. Ярослав был взят, и в оковах приведен в Киев; «молися о нем митрополит и игумен, и умолиша Святополка, и заведшиа и у раку святого Бориса и Глеба (взяли с него клятву при гробе Бориса и Глеба) и сняша с него оковы и пустиша и». [4] Игумены Троицкого монастыря вошли в историю государства как патриоты своего Отечества, как печальники земли Русской, защитники и ходатаи за обездоленных. Преп. Мартиниан стал известен за умиротворения дел в Русском государстве между князьями. Он смело пошел к Великому князю Москвы и снял с него и с его княжения Божие благословение. Задумался Василий Темный, пришел с повинной в обитель и просил у инока прощение за нарушение мира. Печальниками и миротворцами русской земли история нарекла митрополита Даниила, митрополита Филиппа в годы неистовства опричников Грозного, митрополита Иону. [5] Особенно настойчиво голос заступничества возвышался в Церкви, с кафедры ее, из кельи монастыря; голос заступничества за подневольных, рабов, требовавший либо освобождения их, либо, по крайней мере, улучшения их материального или нравственного бытия. [6] Иноки-подвижники в тишине подвига постигали мудрость жизни. Они первыми ставили вопросы социального характера жизни мира, указывая на необходимость христианского отношения ко всем, особенно к немощным людям, лишенным человеческой свободы. Преп. Дионисий Глушицкий за подобное участие к подневольным прозван был «рабом свободитель». Нередко иноки выступали с обличениями пороков и заблуждений общества и отдельных лиц, а также были ревностными защитниками теснимых и угнетаемых. Святитель Игнатий (Брянчанинов) пользовался большой известностью в России как духовный писатель и строгий аскет. Из строк его писем можно видеть, как картина бесправия в современной ему крепостнической России вызвала в его душе аскета и молитвенника о людях протест, находивший выражение в словах, исполненных высокого гражданского пафоса. «Христианин обязан в силу своего звания бороться со злом, довлеющем в мире Да! Я видел во время своего путешествия страдания человечества», – писал еп. Игнатий. В журнале Александрийской Православной Церкви за 1965 год «Пантенос» архимандрит Соломон Базеос опубликовал статью под таким заголовком: «Может ли Церковь бороться за социальную справедливость?». В этой статье архимандрит Александрийской Церкви говорит: «Мы не видим причины отстранять Церковь от обязанности и права заниматься социальными проблемами, и в данном случае проблемой социальной справедливости, которая является самой важной и жгучей потребностью XX века». Наличие социальной справедливости является необходимой предпосылкой и основанием для возможности нормального осуществления на земле главным образом нравственного назначения каждого человека и особенно христианского назначения каждого верующего чада Церкви Христовой. И эта борьба Церкви за социальную справедливость является современной, результативной и полезной, заслуживающей самого глубокого уважения. [7] Тяжелые последствия войн, какие вспыхивали в XIX и XX веках в Европе, на Балканах, с особой остротой ставили задачу перед иночествующими Церкви Христовой хранения мира в мире. За большую патриотическую и миротворческую деятельность правительство нашей страны четырежды награждало Святейшего патриарха Алексия орденом Трудового Красного Знамени. Святейшему принадлежала заслуга в созыве двух больших конференций международного значения в 1952 и 1969 гт., на которых присутствовали представители всех церквей и религиозных объединений бывшего СССР. 50-е и 60-е годы были тревожными для мира. Это был тяжелый период в международных отношениях, называемый «холодной войной». В целях предотвращения нового военного пожара на Земле главы и представители Православных Церквей Святейшие патриархи Востока и славянских стран с особой религиозной озабоченностью возвысили свой голос в защиту мира. Эти исторические акты 1948, 1950, 1951 годов стали замечательными памятниками христианского миротворчества. В послевоенные годы силу мирового авторитета приобрел Всемирный Совет мира. Среди представителей государств всех континентов мира с самого начала образования этой международной организации находились и религиозные деятели. От Русской Церкви в Совете мира участвовал митрополит Кругицкий и Коломенский Николай (Ярушевич), оставивший о себе добрую память как пламенный борец за дело мира на земле. Видное место в деятельности Совета занимал Святейший Патриарх Московский и всея Руси Пимен (Извеков). Как член этой международной организации, Святейший Патриарх Пимен был инициатором Всемирного религиозного форума, состоявшегося в Москве в июне 1977 года под девизом «За прочный мир, разоружение и справедливое отношение между народами». Это был первый съезд религиозных деятелей международного масштаба, затронувший насущные проблемы миротворчества. Наше государство высоко отметило труды патриарха Пимена в защиту мира на земле, вручив ему правительственную награду - орден Трудового Красного Знамени. Трудно исчислить все миротворческие мероприятия, прошедшие после Второй мировой войны, и на всех присутствовали и участвовали религиозные деятели. Как не велики бесчисленные списки борцов за мир, поставивших свои подписи на миротворческих актах Первого и Второго Стокгольмского воззвания (1950 и 1975 г.), в них можно отыскать имена тех, кто несет подвиг духовной жизни в стенах монастырей, кто обличен в звание монаха. В 70-е и 80-е годы нашего времени активную миротворческую деятельность развили Конференция Европейских Церквей и Христианская Мирная Конференция, снискавшие заслуженный международный авторитет. В них трудятся представители различных христианских вероисповеданий. Миссия православных деятелей богословов-священноиноков, епископов, митрополитов в этих религиозных движениях вносит значительный вклад в дело мира и пользуется широкой популярностью.

[1] Поместный Собор Русской Православной Церкви. М., 1972. О миротворческой деятельности РПЦ, стр. 80.

[2] «Вера и разум», № 9. В. Соколовский. Цит. соч., стр. 614, 624

[3] А. Волнин. Печалование древнерусских пастырей за опальных . Журнал «Вера и разум». Харьков, 1900, № 17, сентябрь, стр. 263.

[4] Лаврент. летопись. Изд. 1872, стр. 265.

[5] Соловьев. История России. Т. 5, стр. 213.

[6] Шапов. Голос Древнерусской Церкви об улучшении быта несвободных людей. Казань, 1859, стр. 17.

[7] «ЖМП», 1966, № 8, стр. 79.

←  Глава 5. Иноки и церковное искусство Заключение →
Возврат к списку
Адрес:
249706, Калужская область, Козельский район,
п/о Каменка, Шамордино, монастырь
© 2009-2017 Официальный сайт Казанской Амвросиевской
ставропигиальной женской пустыни